+7(495)506-57-36, +7(968)575-10-99
sovnauka@mail.ru
Опубликовать статью
Контакты
ISSN 2079-4401
Учредитель:
ООО «Законные решения»
Адрес редакции: 123242, Москва, ул. Большая Грузинская, д. 14.
Статей на сайте: 429
Главная
О журнале
О нас
Учредитель
Редакционная коллегия
Политика журнала
Этика научных публикаций
Порядок рецензирования статей
Авторам
Правила и порядок публикации
Правила оформления статей
Правила оформления аннотаций
Правила оформления библиографического списка
Требования к структуре статьи
Права на произведениеЗадать вопрос авторуКонтакты
ЖУРНАЛ
Сентябрь, 2017
2017: 1
2016: 1, 2, 3, 4
2015: 1, 2, 3, 4
2014: 1, 2, 3, 4
2013: 1
2012: 1
2011: 1, 2, 3, 4
2010: 1, 2, 3
ИНДЕКСИРУЕТСЯ
Российский индекс научного цитирования
Google scholar
КиберЛенинка
СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ
№ 1, 2017
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ОПЕРАТИВНО-РАЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ, В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ
Автор/авторы:
Пинчук Ростислав Павлович,
магистрант
Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА), магистратура, институт прокуратуры
Контакты: ул. Садовая-Кудринская, д. 9, Москва, Россия, 123995
pinchukrst@gmail.com
Шихова Елизавета Николаевна,
магистрант
Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА), магистратура, институт прокуратуры
Контакты: ул. Садовая-Кудринская, д. 9, Москва, Россия, 123995
shihovaliza@mail.ru
Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент Матвеев Сергей Владимирович
УДК: 343.13
Аннотация: Рассматриваются теоретические аспекты использования в доказывании по уголовным делам сведений, полученных в результате оперативно-разыскной деятельности. С учетом правоприменительной практики по рассматриваемому вопросу, проводится анализ результатов оперативно-разыскной деятельности по критериям допустимости доказательств по уголовному делу.
Ключевые слова: доказывание, использование результатов оперативно-разыскной деятельности в доказывании, критерии допустимости доказательств, недопустимость доказательств, оперативно-разыскная деятельность, уголовный процесс
Дата публикации: 30.09.2017
Дата публикации на сайте: 26.03.2018
PDF версия статьи: Скачать PDF
РИНЦ: Перейти на страницу статьи в РИНЦ
Библиографическая ссылка на статью: Пинчук Р.П., Шихова Е.Н. Использование результатов оперативно-разыскной деятельности в уголовном судопроизводстве // Современная наука. 2017. Том 8. № 1-3. С. 47-50. DOI: 10.24411/2079-4401-2017-10009.
Права на произведение:

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная

Оперативно-разыскная деятельность является составной частью правоохранительной деятельности в Российской Федерации. В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», оперативно-разыскная деятельность (далее — ОРД) — это вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то законом об ОРД, в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-разыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств. Результаты этой деятельности зачастую используются в процессе доказывания по уголовным делам, что вполне логично, так как одной из задач оперативно-разыскной деятельности является выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений.

Использование результатов ОРД в доказывании по уголовным делам является проблемным, дискуссионным вопросом. Некоторые авторы предлагают использовать результаты ОРД в доказывании наряду с иными доказательствами, перечисленными в Уголовно-процессуальном кодексе РФ (далее — УПК РФ), другие же ученые отстаивают точку зрения, которая заключается в преобразовании результатов ОРД в доказательства путем прохождения определенной процедуры в рамках уголовно-процессуальной формы [1]. Несмотря на то, что совместная Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно-разыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд (утв. Приказом МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г.) полно регулирует рассматриваемый вопрос, в теории и практике нет единого мнения по ряду проблем.

Прежде всего следует отметить, что действующее российское законодательство не содержит четких критериев допустимости доказательств, которыми мог пользоваться правоприменитель. УПК РФ указывает, что доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми (ч. 1 ст. 75). Такие доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. Невозможно не заметить, что критерий «соответствия требованиям УПК РФ», следующий из логики ч. 1 ст. 75 УПК РФ, весьма широкий и не содержит четких характеристик, на которые должен обращать внимание дознаватель, следователь и пр. Более того, в ч. 2 рассматриваемой статьи содержится указание на то, что к недопустимым доказательствам относятся показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности. На наш взгляд, это противоречит логике ч. 1 ст. 75 УПК РФ и вовсе не относится к понятию допустимости доказательства, так как здесь не ведется речь о самой процедуре получения доказательства. Это скорее относится к достоверности доказательства, но никак не к его допустимости, потому что акцент делается именно на качественную составляющую таких сведений, даже если они получены в соответствии всеми правилами, предусмотренными УПК РФ. Тем не менее, закон есть закон, и такое доказательство в практической деятельности нужно признавать недопустимым.

Остановимся более подробно на ст. 89 УПК РФ «Использование в доказывании результатов оперативно-разыскной деятельности». Формулировка ее следующая: «в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-разыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом». Мнения комментаторов разделились на два лагеря: тех, кто категорически не согласен с формулировкой данной статьи и в принципе ее существованием и тех, кто считает статью вполне уместной. Хотелось бы в качестве примера привести выдержку из диссертации С.Л. Миролюбова, который, в частности, пишет, что запретительный тон закона нецелесообразен. Представляется, что слово «запрещается» будет «отпугивать» практических работников от использования результатов ОРД. История развития проблемы показывает, что имеющиеся в практической сфере стереотипы становятся тормозом на пути реализации законодательных положений даже тогда, когда в законе записывается как дозволение. Данный вывод подтвердили и результаты интервьюирования оперативных работников, 87,8% которых отметили, что прямое запрещение в тексте закона использования результатов ОРД в уголовном судопроизводстве негативно сказывается на использовании оперативными результатов их деятельности в последующем [2]. С мнением автора едва ли можно согласиться, ведь он обосновывает неудачную формулировку ст. 89 УПК РФ интервьюированием оперативных работников. Кроме того, следует отметить недостатки выбора респондентов. Оперативные работники не используют результаты оперативно-разыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. Чтобы подтвердить выдвинутый С.Л. Миролюбовым тезис ему следовало опросить дознавателей, следователей и судей.

А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский не высказываются категорически по отношению к ст. 89 УПК РФ. Комментируя ее, они указывают, что сами данные, полученные оперативно-разыскным путем, не всегда могут быть в дальнейшем «вторично» собраны в процессуальном порядке, и обычно являются лишь основой для формирования других сведений, могущих быть доказательствами по уголовному делу [5, с. 1008].

Также, верно отмечает С.Б. Россинский, что ни ст. 89 УПК РФ, ни какие-либо иные положения уголовно-процессуального закона не позволяют оценить допустимость указанных доказательств, поскольку их формирование происходит, в принципиально иной правовой плоскости, в сфере, регулируемой оперативно-разыскным правом. Поэтому в реальности процессуальную доброкачественность этих материалов органы предварительного расследования и суды связывают с соблюдением требований законодательства об оперативно-разыскной деятельности, однако такие сведения не являются полноценными доказательствами, так как получены они за рамками уголовно-процессуальных отношений [3, с. 227]. С.Б. Россинский пишет, что любое оперативно-разыскное мероприятие имеет, по сравнению со следственными, судебными и иными процессуальными действиями, совершенно иную правовую природу и нормативную основу [3, с. 222]. Мы полностью согласны с данным утверждением, потому что сравниваемые объекты безусловно «живут» в различных плоскостях. Это подтверждается и п. 16 постановления Пленума Верховного суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», в котором обозначено следующее: «доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами». Таким образом, исходя из этого, можно выделить следующие критерии допустимости доказательств:

  1. соблюдение гарантированных Конституцией РФ прав человека и гражданина при собирании и закреплении доказательств;
  2. соблюдение установленного УПК РФ порядка их собирания и закрепления;
  3. надлежащий субъект собирания и закрепления доказательств;
  4. соблюдение пределов полномочий, установленных УПК РФ по собиранию и закреплению доказательств.

Ранее указывалось, что в настоящее время достаточно четких критериев допустимости доказательств в УПК РФ не существует, однако из указанного постановления Пленума ВС РФ можно с легкостью вывести конкретные критерии допустимости доказательств, которыми можно пользоваться в правоприменительной практике. Считаем, что их наличие в УПК РФ было бы вполне уместным.

Применительно к использованию результатов ОРД в доказывании по уголовному делу нужно отметить, что концепция «прямого» их использования не состоятельна. Во-первых, оперативно-разыскное мероприятие проводится оперативным работником, который не является уполномоченным лицом по собиранию доказательств в соответствии с УПК РФ. Во-вторых, процедура осуществления ОРД установлена Законом об ОРД, методики конкретных ОРМ — засекреченными ведомственными актами, но никак ни УПК РФ. Таким образом, результаты ОРД, в принципе, не могут соответствовать требованиям УПК РФ, так как нарушаются требования допустимости доказательств: нет надлежащего субъекта, нет порядка, установленного УПК РФ. Это означает, что оперативно-разыскная деятельность находится за рамками уголовно-процессуальной формы. Именно поэтому использовать их напрямую без процедуры введения в уголовно-процессуальную форму нельзя. Преобразовать результаты ОРД в доказательства по уголовному делу можно следующими способами, установленными УПК РФ:

  1. производство следственного действия;
  2. производство судебного действия [1, с. 297].

Рассматривая вопрос использования результатов ОРД в доказывании нельзя не обратиться к судебной практике. Конституционный суд еще в 1999 г. пояснил в своем определении от 4 февраля 1999 г., что результаты оперативно-разыскной деятельности не являются доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученные с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона (определение Конституционного суда РФ по жалобе граждан М.Б. Никольской и М.И. Сапронова от 4 февраля 1999 г.). Современная практика применяет закон следующим образом, например, в апелляционном определении от 3 мая 2017 г. № 22-684/2017 суда Брянской области по уголовному делу № 1-1/2017, суд указал, что оперативно-разыскные мероприятия проводились в соответствии с требованиями Федерального закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г. и ст. 89 УПК РФ, в связи с чем, суд признал результаты, полученные в ходе оперативно-разыскного мероприятия допустимыми доказательствами и сослался на них в приговоре, как на доказательство вины осужденных. Комментируя данные выводы суда, необходимо отметить еще раз, что оперативно-разыскное мероприятие имеет, по сравнению со следственными, судебными и иными процессуальными действиями, совершенно иную правовую природу и нормативную основу, поэтому возникает вопрос — почему суд указал, что оперативно-разыскные мероприятия проводились помимо в соответствии с требованиями Закона об «Об оперативно-разыскной деятельности» еще и со ст. 89 УПК РФ? Ситуация с проведением оперативно-разыскного мероприятия схожа с ситуацией по поводу допустимости доказательств, описанной выше: оперативно-разыскное мероприятие проводится лицами, уполномоченными осуществлять ОРД, в порядке, установленном Законом об ОРД. Уголовно-процессуальный кодекс РФ не является правовой основой осуществления оперативно-разыскной деятельности. В любом случае, такое доказательство является недопустимым, потому что результат ОРД был использован в доказывании напрямую.

Разумеется, законность проведения самого оперативно-разыскного мероприятия также необходимо учитывать: ведь если проведение оперативно-разыскного мероприятия незаконно, допущены какие-либо нарушения при его производстве, то и результаты ОРД, преобразованные в доказательство по уголовному делу, будут недопустимыми. В виду этого, дознавателю, следователю, прокурору, суду необходимо обращать внимание на подобные нарушения с целью исключения недопустимых доказательств по уголовному делу. С методической точки зрения в этом может помочь знание типичных нарушений при осуществлении оперативно-разыскной деятельности. В.Н. Исаенко в своей лекции выделяет следующие нарушения: производство оперативно-разыскных мероприятий в отсутствие оснований, предусмотренных в ч. 1 и ч. 2 ст. 7 Закона «Об оперативно-разыскной деятельности»; дача согласия на производство оперативно-разыскных мероприятий не уполномоченными должностными лицами; неверное оформление актов (протоколов) о производстве оперативно-разыскных мероприятий; несвоевременное уведомление суда о производстве ОРМ требующих его решения; производство ОРМ по истечении 6 месячного срока действия решения [4]. Данные нарушения могут стать предметом обжалования адвокатами-защитниками, что впоследствии может привести к признанию доказательств недопустимыми и последующем вынесения оправдательного приговора.

В заключении хотелось бы отметить, что со стремительным развитием общественных отношений появляются новые виды и способы совершения преступлений, поэтому возрастает необходимость использования результатов оперативно-разыскной деятельности. Это объясняется тем, что оперативно-разыскные мероприятия быстрее реагируют на нарушения, чем проведение следственных действий. Поэтому в правоприменительной практике недопустимо нарушать законодательство, регулирующее оперативно-разыскную деятельность, а также ее использование в дальнейшем.

Подводя итоги, можно резюмировать следующее.

Во-первых, сведения, полученные из результатов оперативно-разыскной деятельности, объективно необходимы в процессе доказывания по уголовному делу.

Во-вторых, Уголовно-процессуальный кодекс РФ детально не регламентирует четкие критерии допустимости доказательств. Более того, в правовом регулировании института допустимости доказательств есть небольшие противоречия, что приводит к неопределенности понимания допустимости и недопустимости доказательств. В то же время, критерии недопустимости доказательств выработаны судебной практикой. На основании этой практики можно сформулировать четыре критерия допустимости доказательств по уголовному делу: соблюдение гарантированных Конституцией РФ прав человека и гражданина при собирании и закреплении доказательств, соблюдение установленного УПК РФ порядка их собирания и закрепления, надлежащий субъект собирания и закрепления доказательств, соблюдение пределов полномочий, установленных УПК РФ по собиранию и закреплению доказательств. В связи с этим, считаем возможным их законодательное закрепление в УПК РФ. Кроме этого, считаем необходимым исключить из ч. 2 ст. 75 УПК РФ положение о том, что к недопустимым доказательствам относятся показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности. По нашему мнению, это не относится к институту допустимости доказательств, так не имеется связи с самой процедурой получения сведений. Это относится к достоверности доказательств.

В-третьих, результаты ОРД не могут использоваться в качестве доказательств по уголовному делу напрямую в виду их несоответствия уголовно-процессуальной форме. В качестве доказательств по уголовному делу могут выступать только сведения, полученные из результатов оперативно-разыскной деятельности, которые соответствуют в части проведения оперативно-разыскного мероприятия Закону об ОРД и которые соответствуют в части способа преобразования в доказательство Уголовно-процессуальному кодексу РФ.

 

Литература
1. Доля Е.А. Формирование доказательств на основе результатов оперативно-розыскной деятельности. М.: Проспект, 2017. 385 с.
2. Миролюбов С.Л. Использование результатов оперативно-разыскной деятельности в доказывании по уголовным дела (на примере преступлений, совершаемых в учреждениях уголовно-исполнительной системы): Дисс. … канд. юрид. наук. Владимир: Владимирский юридический институт Федеральной службы исполнения наказаний, 2012. 204 с.
3. Россинский С.Б. Концептуальные основы формирования результатов «невербальных» следственных и судебных действий в доказывании по уголовному делу: Дис. … докт. юрид. наук. М.: Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина. 2015. 528 c.
4. Исаенко В.Н. Организация работы органов прокуратуры районного звена: Курс лекций. М.: Юрлитинформ, 2017. 118 с.
5. Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. СПб.: Питер, 2003. 1008 с.
Просмотров: 101 Комментариев: 0
Похожие статьи
  1. НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА
Комментарии
Комментариев пока нет.

Чтобы оставить комментарий, Вам нужно зарегистрироваться или авторизоваться под своими логином и паролем (можно войти, используя Ваш аккаунт в социальной сети, если такая социальная сеть поддерживается нашим сайтом).

Поиск по авторам
Поиск по статьям
ISSN 2079-4401
Учредитель: ООО «Законные решения»
Адрес редакции: 123242, Москва, ул. Большая Грузинская, д. 14.
Если не указано иное, материалы сайта доступны по лицензии: Creative Commons Attribution 4.0 International
Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-39293 от 30.03.2010 г.; журнал перерегистрирован: свидетельство о регистрации средства массовой информации ПИ No ФС77-70764 от 21.08.2017 г.
© Журнал «Современная наука», 2010-2018